Не время и не место?

О психологических факторах для проведения интервью

В интервью очень многое зависит от таких условий, как социальный статус опрашиваемого, профессиональный уровень интервьюера, степень их личного знакомства, обстановка, в которой оно проводится, и т.д. Свою роль может играть даже время суток, выбранное для встречи. На качество ответов влияют, любые естественные факторы, которые могут доставить одной из сторон дискомфорт. Кстати, в учебниках по журналистике об этом почему-то не пишется. А между тем, опытные журналисты настоятельно рекомендуют тщательно подбирать время и место для проведения интервью.

Каждый человек имеет свой режим интенсивности и спадов рабочего процесса. Но психологи выявляют одну общую особенность. Начало рабочего дня (обычно в 8.00 или 9.00) – человек только входит в ритм, намечает для себя план, входит в курс дела, отдаёт и принимает указания. Проще говоря, он «входит в тему», и это не самое удобное время для того, чтобы давать ответы на серьёзные вопросы.

Судя по результатам исследований, пик активности, как у школьников, так и людей среднего возраста (у пожилых сдвигается на более ранний период) начинается через два-три часа после пробуждения, то есть на 10.00-11.00. Человек окончательно отошёл от сна, он «в теме», и готов к труду и обороне. И если корреспондент имел договорённость о встрече именно на это время, то он, скорее всего, не ошибётся.

Полдень – не самый лучший отрезок времени для интервью. Если, например, корреспондент напросится к Большому Человеку на встречу, когда тот просто завален работой, раздражён и может выделить из своего плотного графика лишь полчаса перед обедом (обычно период с 12.00 до 14.00), когда его желудок и без того начинает напоминать своим бурчанием о несвоевременности этой встречи, будет ли интервью полноценным – большой вопрос. Голодный человек – не лучший собеседник. Поэтому лучше подождать, когда он насытится горячей пищей, немного отвлечётся от дел, вновь почувствует вкус к жизни, а, значит, станет более лояльным к пришедшему.

По моим личным наблюдениям, в 14.00-15.00 люди, обличённые властью, реже отказывают в просьбах и более снисходительны. На вопросы отвечают охотно, не торопясь, совсем не так, как они бы это делали одним часом раньше.

Остальной период, вплоть до последнего часа работы опрашиваемого (до 16.00-17.00), можно считать для интервью более-менее благоприятным. Человек обычно успевает справиться с основным валом дел, быть в курсе всех обсуждаемых на интервью вопросов и расположенным к откровенному разговору.

Однако тот самый последний рабочий час кратно снизит его внимание, память, мышление и прочее. Он уже одной ногой дома, и зачастую просто не может относиться к беседе со всей серьёзностью. Ответы невпопад, «скакание» от темы к теме, отсылка за уточнениями (которые легко мог бы дать сам) к своим заместителям или третьим лицам и многое другое задают не самый лучший тон для интервью в это время.

Интервью может проводится только на СВОЕЙ, на ЧУЖОЙ, и на НЕЙТРАЛЬНОЙ территориях. И, к сожалению, от корреспондента этот выбор мало зависит. Большой Человек обычно сам назначает как удобное для него время, так и подходящее место. Но если всё же у журналиста появляется возможность выбора, ему стоит взять на вооружение все эти психологические приёмы.

Если интервью проводится в редакции, опрашиваемый находится на положении гостя. Он слегка смущён, и более покладист. Здесь он не может никем командовать, и к тому же его не будут постоянно отвлекать просители и телефонные звонки. Для журналиста важно показать всё гостеприимство, организовать радушный приём, позаботиться о чашке кофе со сладостями и привлечь к разговорю всю свою доброжелательность, даже во время обсуждения «очень неудобных» для гостя вопросов.

Когда встреча организована на чужой территории, условия кардинально меняются. Опрашиваемый не всегда отвечает всем качествам радушного хозяина, и в этом случае очень многое зависит от выдержки самого журналиста. Мягкая настойчивость и поведение, которое позволило бы вести разговор на равных, в этом случае не помешает. Вы не просто гость, а тот, за кем стоит многотысячная армия читателей. И только от вас зависит, как эта армия воспримет всё сказанное Большим Человеком.

Нейтральная территория используется реже. Это может быть просто улица, офис какой-то фирмы или организации, объекты, на которых большую часть времени проводит опрашиваемый, и т.д. Тактика ведения переговоров, как и в вышеперечисленных случаях, может быть только одной – сотрудничество. В зависимости от ситуации в очень лёгкой форме  могут быть применены компромисс, приспособление, и в крайнем случае, если навстречу журналисту не идут на уступки, - конфронтация, в виде нажима на общественное мнение. Беда в том, что вышедшие из советской среды начальники пока до конца не понимают серьёзность воздействия на него СМИ, и видят в лице журналиста лишь одного человека. Поэтому и беседуют с ним на «ты», плохо скрывая свою брезгливость. Понять их можно, если жёлтая пресса дискредитирует саму профессию журналиста, а  авторитетнейшие люди, не стесняясь никого, называют служителей четвёртой власти журнашлюшками. Но в частном порядке бывает не лишним вспомнить о  самоуважении, а в работе всегда выбирать золотую середину между крайними точками самомнения. То есть забыть и о вызывающем поведении, и о заискивании перед Большими Людьми, которые ненавидят «розовые кофточки», в любом случае быть предельно корректными и вежливыми, а также помнить о множестве психологических факторов, благодаря чему интервью понравиться и опрашиваемому, и читателю, и редактору, а главное вам самим.

В. Семёнов.    

       

 

 

Задорнов, ты не прав!

При всём моём уважении к Михаилу Задорнову хочу заявить от лица журналистов, имеющих право носить это высокое звание, - так рубить с плеча нельзя.
В своих выступлениях известный юморист называет пишущую братию «журнашлюшками», настойчиво пропагандируя это выражение и ратуя за то, чтобы оно, обретя в народе популярность, вошло в разряд неологизмов. Понять обиду всенародного любимца можно. Статьи в жёлтой прессе, например, о том, что Задорнов якобы заказал своего коллегу по цеху, Ещенко, и прочий подобный бред могут вывести из себя любого. Такие притянутые за уши, лживые или откровенно идиотские заметки – вопиющие случаи, на которых строится соответствующая репутация и изданиям, где они публикуются, и самим журналистам, если их, конечно, ещё можно так назвать. Думающие люди, которых, как отмечает сам Задорнов, в России большинство, к таким «жёлтым» новостям, существующим на уровне слухов, относятся, мягко говоря, с оттенком недоверия. Но сам юморист, к сожалению, забывает о том, что небрежно брошенная фраза может повлечь за собой неприятные последствия для тысяч людей.
Вот так превращаются поголовно все сотрудники милиции в ментов, с лёгкой руки «экранных» героев - в мусора, а само слово «милиционер» становиться каким-то не удобным в обиходе. И, поверьте, таких «неологизмов», подобным «журнашлюшкам», можно собрать ещё много – чинуши, нувориши и т.д., которые в сознании россиян объединяют целые социальные классы.
Правда, надо отдать Михаилу Задорнову должное. В своих заявлениях заслуженный юморист делает оговорку: «Я не говорю, что все они такие. Есть и исключения».
То есть, языком Дяди Миши (как его называют поклонники, а лично я причисляю себя к их числу) мы с полной уверенностью можем озвучить при многомиллионной аудитории такие слова: «Российская эстрада – это, по большому счёту, некая гламурная, зажравшаяся масса, рубящая «бабло» по российским городам и весям, напрямую связанная с криминалом, которая, чтобы её заметили «журнашлюшки», и она смогла заработать ещё больше, готова устраивать скандалы в гостиницах, участвовать во второсортных ток-шоу или же со сцены делать громкие, «берущие за душу» заявления». Но ни один уважающий себя журналист так не скажет. Просто он знает ответы на вопросы:
- Разве Михаил Задорнов такой? - Точно нет!
- Разве он исключение? - Вряд ли…
- А, может, исключением являются некоторые его коллеги, которые ведут себя именно так? - Весьма сомнительно.
Но для удобства давайте всё упростим и сгребём всех под одну гребёнку. Так удобно и понятно для народа. На всякий случай сделаем одолжение, мол, есть среди наших эстрадников и хорошие люди. И не важно, обратит ли кто-либо на это внимание.
Под конец монолога, когда он говорит о «журнашлюшках» Михаил Задорнов говорит о том, что старается следовать совету Никиты Михалкова – «когда собака лает на тебя, ты же не становишься на четвереньки и не лаешь на неё в ответ». И он действительно не делает ответные выпады, не тянет лгунов в суд (а зря) и выражает свою обиду в таких вот ироничных отзывах. Беда только в том, что призыв, звучащий в клятве Гиппократа - «не навреди» - забывается одним из первых лекарей российских душ.

Пять золотых правил человека пишущего

Конечно, стили написания и подачи материала в разных печатных и электронных изданиях разнятся как земля и небо. Но каждого автора, независимо от его стажа и опыта, волнует одно: будет ли его заметка, статья, репортаж востребованными? Возжелает ли их читатель? Заметит ли среди десятков им подобных?


В любом деле человек вырабатывает для себя какие-то золотые правила. В журналистике на самом деле таких правил уйма, но я для себя уяснил пять основных:

Интересно. Полезно. Понятно. Актуально. Кратко.

1. Интересно

На первом пункте остановимся более подробно, так как интересно поданный материал – залог его успеха.

Проследим за взглядом рядового читателя, раскрывшего газету. Что бросается ему в глаза в первую очередь?

Фото

Для того, чтобы сопроводить заметку оригинальным снимком порой достаточно просто сделать его под неожиданным ракурсом. Сбоку, снизу, сверху. Подчеркнуть динамику, движение, процесс общения. Пусть даже снимок будет постановочный, типа «а изобразите-ка мне кипучую деятельность», он будет честно следовать теме, не лишён драйва, и читатель останется доволен. Но сфотографировать – ещё полдела. Снимок надо уметь преподнести. Не стоит бояться обтекать текстом, разбавлять коллажом, подключать способности верстальщика, дизайнера, художника. Кстати, если к заметке вообще нет снимка – не беда. Карикатура, диаграмма, таблица в некоторых случаях выглядят даже более убедительней и интересней для читателя. Любая иллюстрация – магнит для его глаз.

Заголовок

Вот где поле для фантазии! И порой для журналиста придумать оригинальный заголовок сложнее, чем написать саму статью. Привлекайте к сочинению окружающих, одна голова хорошо, а десять – лучше. Цитаты из кинофильмов, песен, стихов, переделанные поговорки – в общем, то, что на слуху и что непосредственно относится к теме материала. Хороший снимок и цепляющий душу заголовок – половина успеха статьи.

Подзаголовок

Не обязательное, но желательное, особенно для больших статей, условие. Обычно подзаголовок – это продолжение заголовка. Пример: к заголовку «Государство – это я!» добавим «- считает бюрократ Иван Иваныч».

Обычно заголовок печатается крупным шрифтом в три-четыре слова. Понятно, что в него может не уместиться мысль автора целиком. Для этих целей и существует подзаголовок. Он может раскрыть тему такого заголовка «Уважайте труд работников ЖЭКа!» формулировкой «Хулиганы опять рисуют на заборе дома №3».

Можно при этом добавить интригу с раскрытием темы: «Что написано на заборе?», отсюда подзаголовок: «Работники ЖЭКа устали от хулиганов, рисующих на заборе дома №3».

Для самых смелых, которые делают подзаголовок не продолжением заголовка, а отвлечённой фразой на тему статьи, важно помнить только о том, что существуют рамки. И эти рамки – сама статья, которая не терпит отвлечённые и не имеющие к теме никакого отношения изречения автора. Во всём остальном подзаголовок – это широкое поле для сеятеля.

Лид

Тоже не обязательная, но желательная приправа к столу. Выделяется жирным и отбивается влево или вправо, в зависимости от стиля печатного издания. Пусть его недооценивают многие журналисты, но и гурмана, и просто голодного человека больше заинтересует хорошо сервированный стол, чем стол с одной тарелкой и ложкой. Пусть даже в первом случае они будут кушать изысканное яство, а во втором постную кашу. Лид – это вступление, подготовка малыша к взрослой жизни. Или кувалда для тугоумных читателей. Это цепкие объятья любимой, из которых не вырваться. Схватите читателя за горло, заинтересуйте его, заставьте прочитать до конца всю статью. Здесь – самое интересное из текста. Самый смак.

Можно, конечно, просто дать краткие сведения о том, что будет говориться в статье, по тривиальному принципу «Что? Где? Когда?». Например: 32 апреля в здании Межгалактического совета состоялось совещание крокозябл.

Можно сделать то, за что в подзаголовке мы чуть не получили по рукам. Отвлечься от сказанного, припомнить цитатки знатных авторитетов, подчеркнуть актуальность события, причём даже прямо на него не указывая.

А опытные журналюги иногда наглеют и если позволяет место и редактор, окутывают мысль эпистолярной оболочкой с лирическим оттенком. Правда, они опытные, им простительно, они умеют делать переход от такого Лида к самой статье.

Текст

Это тело материала. И пусть на всей земле не сыскать двух абсолютно идентичных людей, их объёдиняет общее строение. То бишь голова, туловище, руки, ноги.

Ноги. Они кормят не только серых лесных хищников. Используйте их в добыче материала, ведь его никогда не бывает мало. А, добыв его, нам пригодится другой вид конечностей.

Руки. Отсекаем всё не относящееся к теме (можно не выбрасывать, а отложить на сладкое, т.е. для другой темы), прессуем самое интересное и включаем в работу главный сексуальный орган человека (психофизиологи и анатомы меня поймут). 

Голову. Есть такой хороший приём – структуризация. Это когда тему разбиваем на подтемы. Например: пишем про шарнирный механизм и разбиваем, следуя логике, текст на абзацы – 1. устройство, 2. принцип работы, 3. предназначение.

И, наконец, в работу вступает туловище, или грубо говоря брюхо. Голод, жажда, влечение, изжога, колики – всё это происходит где-то ниже шеи. То есть эмоции, типа: «Этот механизм – вам не игрушка. Если не испытывать к нему должного уважения, он может вам жестоко отомстить. В самый неподходящий момент он сломается и из-за повреждения такой вот мелкой, незаметной детали вся махина прогресса встанет и вы окажетесь в каменном веке», или «Невозможно себе представить, какой вред наносит человечеству этот обыкновенный шарнирный механизм. Своей подкупной примитивностью он парализует тягу к новаторству и останавливает прогресс».

Конечно, шарнирный механизм ни в чём таком замечен лично мной не был, а использовал я его только как наглядный пример. Во-первых, пример тому, что эмоции можно включить по поводу любой темы, даже самой скучной, и тем самым привлечь интерес читателя. А, во-вторых, это пример тому, что в погоне за интересом аудитории многие журналисты увлекаются и несут откровенную ахинею, раздувая сенсацию из того, где её не должно быть и в помине. Вот так и рождается жёлтая пресса… Заинтересуйтесь сами, но смотрите отстранённо, оценивайте объективно.

О концовке не буду говорить ничего. Просто она должна быть. Если мы начали облекать мысль в форму Первочеловека, не оскопляйте его.

Последние рубежи перед наступлением взяты. Атакуйте!

2. Полезно

Учение – свет, и пусть статья несёт его читателю



Ему уже невыносимо интересно, как устроен шарнирный механизм, который вы описали, опираясь на предыдущий пункт. Не обманывайте его. Только не стоит забывать, что заинтересованы им будут далеко не все. А редактор, указывая на газетную площадь и поминая добрым словом сестру таланта, строго грозит вам пальцем. Не будем сильно вдаваться в подробности. Опишем общие положения и укажем на источник, как мы даём ссылки в Интернете. Кому интересно, тот сам найдёт в библиотеке инструкции по эксплуатации шарнирных механизмов.



3. Понятно


Читателю может быть интереса тема заметки. Сказанное в ней он уже считает для себя чрезвычайно полезным. Но если материал передан непонятным для него языком – с десятком ссылок на законы, цифрами, терминологией, в жанре официоза – вряд ли он дочитает до конца. Для упрощения официоза в самых сложных научных трудах стоит воспользоваться хитрыми приёмами усекновения, таких, как, например, применяются в схеме срочного написания студенческих работ. Одним словом, будьте проще и люди потянутся к вам. Это касается даже специализированных на каких-то темах изданиях. Например, готовя заметку в журнал про автомобили, мы не должны забывать, что он предназначен вовсе не для Шумахеров, знающих толк в езде, Рокфеллеров, знающих толк в дорогих моделях или дяди Эдика из соседнего подъезда, который собирает машины с закрытыми глазами. Этот журнал иногда читают совершенно незнакомые с темой люди: подростки, бабули, африканские папуасы. Не надо обижать постоянных читателей-ассов и разжёвывать материал, достаточно иногда использовать приём наглядности или личного примера хитрого торговца с рынка, у которого мы уже купили совершенно ненужный нам товар.


4. Актуально



Странным было бы писать зимой про летний волейбол, а летом про заливку зимних переправ. Но есть оговорка – существуют темы, которые актуальны всегда. Они у всех на виду и перечислять их нет смысла. Или напомнить? Хорошо… отцы и дети, война, несправедливость мира, стремление к комфорту, здоровье… И мало того, что список почти бесконечен, актуальность вы можете выдавить из темы самостоятельно. Это легко сделать тому, кто имеет опыт в написании студенческих работ. Во введении всегда требуется обосновать актуальность выбранной темы. Но лично я обожаю темы, которые кроме своей неоспоримой актуальности имеют ещё и новизну. Это всегда относится к новостям, но редко к статьям. Поверьте, и читать и писать их очень интересно.



5. Кратко

Что мы имеем? В порядке бреда:

Это интересно

На иллюстрации обрезок снимка шарнирного механизма, пропущенного через Фотошоп, держит в руках нарисованный пьяный механик, который замахивается над шаром планеты, из которого валятся болтики и гайки. Заголовок «Что угрожает человечеству?» усиливает интригу. Подзаголовок «Жить хорошо. А хорошо жить ещё лучше» уже не оторвёт от желания прочитать. И лид о том, что мы считали неинтересным, доказывает обратное.

Это полезно

Шарнирный механизм имеет непосредственное отношение к нашей жизни, и читатель должен узнать о нём нечто новое, чтобы эта жизнь стала ещё лучше и комфортнее.

Это понятно

Оказывается, шарнирный механизм, устроен не так уж и сложно. В нём нет ничего сверхъестественного и необъяснимого. Он доступен пониманию каждого.

Это актуально

Мы узнаём, что именно сегодня шарнирный механизм может изменить планету до неузнаваемости. Мы обязаны прочитать!

Остаётся одно но…

Статья настолько огромна, что лучше отложить её напоследок. Для начала прочитаем короткие заметки о выращивании ромашек и мухах-дрозофилах. А в тему шарнирных механизмов надо будет как следует вникнуть… если конечно до неё вообще руки дойдут.

Краткость – это маньяк с секатором. Если вы хотите иметь (в хорошем смысле этого слова) читателя, вам его не избежать. Даже если вы выжали всю «воду» всегда найдётся то, что следует сократить. На это способны далеко не все мастодонты пера. Дам несколько советов.

Во-первых, сокращайте до того, как сели писать. Сразу прикиньте, сколько вам позволено написать, и, сев за компьютер, увеличьте в текстовом редакторе шрифт. Так всегда кажется, что написано больше, чем вы рассчитывали. Как говорят мои умудрённые опытом коллеги: «Лучше исписать полблокнота, а потом из него выжать несколько строк, чем наоборот». Ну, и если это не помогает, зажмурьте глаза, протяните распечатку своей статьи человеку, которому вы доверяете, быстро повернитесь и бегом покиньте помещение. Вы никогда не сможете так сократить, как это сумеет сделать кто-то другой. Пусть маньяк с секатором работает вдали от вас. И пусть читатель будет доволен.

Удачи!